Вторым открытием создателей опознающих программ было то, что для опознания формы следует анализировать не только расположение линий и теней, но и игру полутонов отраженного от предметов света. Инженеры, наконец, пришли к тому, что уже тысячелетия назад было известно людям искусства и модницам: щеки под действием темных румян кажутся более выпуклыми, делающая кожу матовой пудра придает лицу мягкость линий и нежность...
Для программистов стало большим открытием, что когда предметы отбрасывают тени, описать сцену и правильно распознать увиденное роботу-манипулятору куда проще,чем без теней. «Ранние исследования были более трудными из-за предположения, что тени это всего лишь досадное усложнение», отметил Патрик Уинстон, редактор книги «Психология машинного зрения».
Правила опознания, заложенные в память ЭВМ робота, обеспечивают его ориентацию в пространстве, определяют путь расшифровки ситуации, в которой он оказался.
Линии узлы зоны поверхности тела общая сцена...
Оглянитесь вокруг, и вы увидите, что узлы действительно служат важнейшими признаками глубины пространства. Каждый из них сообщает об отношениях поверхностей между собою, о том, принадлежат ли эти поверхности одному телу или нескольким, впереди или позади другой находится интересующая нас, над или под нею. Узлам присвоили наименования, сформулировали правила действия над ними и соответствующими поверхностями, чтобы робот смог ориентироваться в комнате, где разбросаны детские кубики.
Если узел выглядит как две линии, пересекающиеся под острым углом, то область снаружи и область внутри угла принадлежат, скорее всего, разным предметам. Когда три линии сходятся под углами, каждый из которых меньше 180` («вилка»), это границы трех поверхностей одного и того же тела. А вот если один из этих трех углов больше 180` («стрелка»), то две области принадлежат одному предмету, а третья другому. Очень вероятно, что это «другое» фон, на котором развертывается действие. Узел «Т» (два смежных угла, равных в сумме 180`) обычно означает, что некая плоскость закрывает тело, которому принадлежат поверхности, образующие смежные углы узла.
Рис. 63. Мы судим о пространственном расположении предметов, невольно анализируя, как они закрывают друг друга
Когда вещи закрывают друг друга, их контуры пересекаются. Может показаться, что это плохо: как же, глазу виден не весь предмет, а только часть. Однако именно данное обстоятельство дает зрению массу сведений, сведений очень полезных. В точках пересечений могут сходиться две, три или несколько линий. А типов таких узлов не так уж и много всего восемь.
Как воспринимает машина цвет или величину, в общем, легко можно представить: цветное телевидение нам хорошо известно, измерить площадь изображения на экране и сравнить с имеющимися в памяти эталонами тоже не составит особого труда. А вот форма, взаимное расположение предметов...
Бездушный автомат, как некогда поругивали кибернетические устройства, уже тогда вполне различал цвет, величину, форму, положение вещей в перцептивном пространстве, сформированном его «электронным мозгом». Робот оперировал машинным языком, в котором были точно определены такие понятия, как «поддерживается другим предметом», «находится впереди», «находится напротив», «затеняется другим предметом», «способен быть опорой» и так далее.
С кем ведется диалог? С человеком, неважно различающим цвета или формы предметов, которого вводят в пространственные и цветовые соотношения вещей? Ничего подобного. Это диалог с роботом, опубликованный еще в 1970 г.
Теперь поставьте сверху самую маленькую пирамидку.
Поставьте теперь самый маленький брусок на зеленый кубик, на котором стоит пирамидка.
Да, целых три: большой красный брусок, большой зеленый кубик и синий брусок.
Пушкин Лежит ли позади пирамидки какой-нибудь большой предмет?
Кавказ подо мною. Один в вышине Стою над снегами у края стремнины...
Глава одиннадцатая. Стереоширокоэкранное для каждого
Вячеслав Демидов
Как мы видим то, что видим
Как мы видим то, что видим. Книги. Наука и техника
Комментариев нет:
Отправить комментарий